а я понял с его слов, что он падшая личность, авантюрист без чести и совести. Разговор между тем снова перешел на р а й и с а эфендина и Кара бен Немси.
— Этот мерзавец! — пьяно взорвался англичанин.— Завтра он будет висеть вместе со своим приятелем!
— Не знаю,— возразил я,— но эти двое кроме всего прочего исключительно хитрые и осторожные. А что, если случилось обратное — они захватили шейха?
— Да с чего это тебе в голову пришло? Раньше, чем завтра зайдет солнце, они отправятся в ад. Такой гнус нужно истреблять.
Около полуночи лагерь затих. Баггара забрались в свои хижины и палатки, лишь пастухи над рекою бодрствовали у своих стад. Еще несколько минут подождав, я пробрался к хегелику, где уже был Халеф с четырьмя Нуэру. Я рассказал им о своем плане.
Кроме большого парома у берега были привязаны несколько маленьких лодок. На одной из этих лодчонок на остров сначала попаду я. Через некоторое время вслед за мной на другой лодке отправятся Халеф и нуэру. Мы пристанем к южному концу острова. Обезвредим охрану, развяжем пленников и на большом плоту переправим их в безопасное место.
Звезды светили ярко, их блеск мог нас легко выдать. К счастью, с реки пошла легкая дымка, которая быстро сгустилась. Я убедился, что за нами никто не наблюдает, потом забрался в лодку и стал грести к острову. Один охранник закричал на меня, но потом успокоился, узнав владельца рабов. Он решил, что я еду убедиться, все ли тут в порядке.
Охранник пошел мне навстречу, остальные двое двинулись вместе с ним. Справиться с ними особого труда не представляло, достаточно было трех ударов прикладом, и они без шума рухнули на траву. Халеф связал их и заткнул рты кляпами. Потом мы развязали пленников. С превеликим усилием я убедил их не выражать свой восторг.
Потом мы вернулись к парому. В темноте плавание туда и обратно казалось просто игрой. Весел у нас было достаточно. Освобожденные негры взошли на паром, мы отчалили от острова, минуты стали утекать вместе с течением, и вот мы причалили на порядочном расстоянии от мишры.
Благополучно выбравшись на берег, мы пошли лесом, по дуге огибая мишру, и остановились в буше на юг от нее. Халеф пошел за остальными нуэру.
Теперь, когда он их привел, для пленников это было полное и окончательное освобождение. До того еще, как прозвучали крики всеобщего восторга, я как можно скорее напомнил, что нам надо соблюдать тишину, пока мы не достанем коней для всех. Еще с вечера я запомнил место, где паслись лошади, и теперь прокрался туда с Халефом. На пастбище горел костер, у которого сидели два пастуха. Два удара прикладом благополучно обезопасили их. Халеф пошел за нуэру. Через четверть часа у каждого была лошадь, хотя и без седла.
Все без исключения нуэру, в том числе и молодые девушки, умеют хорошо ездить верхом. Только когда мы проехали порядочное расстояние от мишры, я разрешил сделать остановку, чтобы спасенные могли отдохнуть и свободно проявить свою радость. Когда же крики ликования утихли, мы сели посоветоваться.
Нуэру не могли возвращаться прямой дорогой домой, в Бахр Эль Газал, для такой долгой дороги они были недостаточно оснащены. Я тоже не мог их сопровождать, так как спешил на север. Но на севере была расположена деревня Квауа, где размещался большой воинский гарнизон. Там нуэру смогли бы найти охрану и поддержку. Я предложил им двигаться на Квауа.
Когда мы наконец тронулись в путь, уже светало, мы задержались слишком долго. Ехать надо было как можно быстрее, потому что следовало ожидать погони баггара. К сожалению, без седел невозможно было ехать галопом, поэтому уже через три часа мы заметили, что нас преследуют по пятам. Это были добрые четыре сотни всадников, которые нахлестывали лошадей, чтобы те быстрее скакали.
— Пусть только подойдут! — грозился Абу Зауба, размахивая длинным ружьем.— Мы их всех поубиваем.
— И не думай об этом,— возразил на это Халеф.— Ты храбрый воин, но что могут ножи и копья против ружей? Уж я-то знаю, что сиди вынужден будет колдовать.
— Как это колдовать?
— А вот сейчас увидите,— сказал я и остановил коня.— Отошли невооруженных женщин и девушек вперед, мальчишек тоже, а мужчины останутся с нами. Управимся с баггара сами.
Двадцать вооруженных негров сбилось в круг.